Меню Рубрики

Анестетики в стоматологии при заболевании печени

Основные способы применения местной анестезии в стоматологии — инъекционный и аппликационный. Анестетический агент оказывает воздействие на различные системы, органы, ткани. После абсорбции в тканях анестетик распространяется по всему организму.

В стоматологии местный анестетик вводят в ткани челюстно-лицевой области и слизистую оболочку полости рта, в которой имеются значительные сосудистые образования, расположенные в мягких тканях и губчатой субстанции кости. Это может привести к высокой концентрации анестетика в крови. Анеститик кумулируется в печени, почках, мозге, оказывая определенное воздействие на эти органы.

Метаболизм местных анестетиков в тканях зависит от многих факторов, в частности от химической структуры анестетика (эстеры или амиды). Амидные местные анестетики метаболизируются более сложным путем, чем эстеры, преобразуясь в печени. Относительно незначительная их часть подвергается трансформации в плазме крови. Для клинициста чрезвычайно важно знать, что больные с заболеваниями печени более чувствительны к повышенным концентрациям амидных анестетиков. Часть анестетиков и их субстратов может метаболизироваться почками.

Центральная нервная система наиболее подвержена влиянию местного анестетика. Это связано с близостью зоны введения препарата, откуда агент практически беспрепятственно попадает в мозг через систему сосудов. Важную роль при этом играют дозировка препарата, его концентрация и интраваскулярный путь введения. Все местные анестетики являются депрессантами ЦНС, оказывая воздействие на мембраны мозговых клеток. Начальным признаком токсической реакции является возбуждение, которое может сопровождаться головокружением, тремором рук. В случае тяжелой интоксикации ЦНС возможна судорожная реакция. За состоянием возбуждения следует компенсаторный период клинической депрессии. По мере углубления депрессии изменяется функция органов и систем. После кратковременного периода активности наступает снижение дыхательной функции, развивается депрессия коронарного кровообращения. Следует отметить, что амидные анестетики (лидокаин, мепивукаин) значительно дольше, чем эстеры, находятся в крови, не метаболизируясь в сосудистом русле.

Влияние анестетика на сердечно-сосудистую систему различается по симптоматике, что зависит от степени токсического воздействия. При интоксикации местными анестетиками наблюдается снижение сократимости миокарда и сердечного выброса вплоть до остановки сердца. Прямое воздействие анестетического агента в месте инъекции проявляется в вазодилатации сосудов. Существуют исключения этого правила. В частности, кокаин — сильный вазоконстриктор, а мебипувакаин не является вазодилататором. Системная васкулярная реакция на местную анестезию характеризуется в основном развитием вазодилатации и зависит от дозы препарата. Клинически эта реакция проявляется в виде гипотензии, которая в сочетании с дыхательной депрессией может представлять угрозу для жизни человека.

источник

Из этой статьи Вы узнаете:

  • анестезия в стоматологии – препараты,
  • лучшая анестезия при лечении зубов,
  • анестезия зубов при беременности и грудном вскармливании.

Статья написана хирургом-стоматологом со стажем более 19 лет.

Анестезия в стоматологии бывает местной и общей. Местная анестезия – это когда обезболивается только та область, где планируется вмешательство, а пациент при этом пациент находится в сознании (рис.1-2). А вот общая анестезия в стоматологии или другими словами общий наркоз – проводится при помощи наркотических анальгетиков, вводимых в организм больного ингаляционно (рис.3) или внутривенно. При общем наркозе сознание у пациента выключается.

Для проведения местной анестезии сейчас используются карпульные шприцы и карпулы, в которые заключен раствор анестетика (рис.4-5). Качество проведения анестезии таким шприцом значительно выше, чем обычным одноразовым шприцем. Кроме того, иглы для карпульной анестезии во много раз тоньше, чем у обычных одноразовых шприцов (рис.6), а это значит, что укол будет не таким болезненным.

Стоимость анестетиков и анестезии –
себестоимость одной карпулы анестетика (будь то ультракаин, убистезин, септанест или другие) составляет около 30 рублей. Стоимость одной анестезии в стоматологической клинике составит в среднем 250 рублей.

Действительно, укол анестетика может быть болезненным. Болезненность будет зависеть как от порога болевой чувствительности самого пациента, так и от техники проведения анестезии врачом. По правилам одну карпулу анестетика (1,7 мл) нужно вводить в течении 40-45 секунд. Если же врач экономит время и вводит анестетик быстро, то логично, что это вызовет боль.

Чтобы уменьшить дискомфорт от укола анестетика можно попросить доктора предварительно использовать анестетик-спрей (рис.7), для обезболивания слизистой в месте инъекции (чаще всего используют Лидокаин-спрей). Также Вы можете попросить врача вводить анестетик медленно.

Препараты для снятия страха и тревожности –
также существуют препараты, которые позволяют уменьшить страх и тревогу перед предстоящим походом к стоматологу. Из безрецептурных препаратов можно выделить препарат Афобазол, который особенно удобен для тех, кому нужно совершить несколько походов к стоматологу, т.к. это препарат пьется курсом (1 упаковка на 20 дней). Препарат обладает хорошим успокаивающим/ противотревожным действием, но при этом он не вызывает сонливости. Начинать пить Афобазол нужно за 5-7 дней до визита к стоматологу – в этом случае эффект препарата будет выше.

Также можно воспользоваться настойками валерианы, пустырника, корвалолом, валокардином. Однако принимать эти препараты также желательно курсом, начиная за несколько дней до визита к врачу. Плюс эти препараты помимо успокоительного эффекта обладают снотворным эффектом, что не очень хорошо для автомобилистов и работающих людей.

Наиболее современными считаются анестетики на основе Артикаина. Это действующее вещество использовано в таких анестетиках, как Ультракаин, Убистезин, Септанест и других. Анестетики артикаинового ряда превосходят по эффективности Лидокаин – в 1,5-2 раза, а Новокаин – в 5-6 раз.

Большим плюсом анестетиков на основе артикаина является и то, что они действуют и тогда, когда нужно обезболить область воспаления. Ведь при гнойном воспалении новокаин вообще практически перестает действовать, а активность лидокаина заметно снижается.

Большинство анестетиков помимо основного обезболивающего компонента (например, артикаина) также содержат сосудо-суживающие вещества, например, адреналин или эпинефрин. Последние компоненты за счет сужения сосудов в очаге инъекции позволяют уменьшить вымывание анестетика, а это приводит к увеличению силы и продолжительности анестезии.

1. Ультракаин –

Ультракаин выпускается французской компанией «Санофи Авентис» в 3-х возможных вариантах, которые будут отличаться наличием/отсутствием эпинефрина в составе, а также его концентрацией:

  • «ультракаин ДС форте» – с концентрацией эпинефрина 1:100.000,
  • «ультракаин ДС» – с концентрацией эпинефрина 1:200.000,
  • «ультракаин Д» – без эпинефрина, без консервантов.

Этому самому популярному анестетику посвящена отдельная статья: «Ультракаин – особенности применения, инструкция производителя»

Хороший анестетик, выпускаемый фирмой «3М» (Германия). По составу Убистезин абсолютно не отличается от аналогичных форм Ультракаина. Две формы выпуска –

Подробное описание анестетика и его показания к применению читайте тут:
→ «Убистезин форте – инструкция по применению»

Септанест в стоматологии применяется очень давно. Этот анестетик имеет 2 формы выпуска с концентрациями адреналина 1:100000 и 1:200000. Однако этот анестетик
(в отличие Ультракаина и Убистезина) имеет в составе большее количество консервантов (и натрияметабисульфит, и ЭДТА), которые обладают мощным аллергизирующим действием.

Подробное описание анестетика и его показания к применению читайте тут:
→ «Септанест 1:100000 – инструкция по применению»

Анестетик фирмы Septodont (Франция) на основе Мепивакаина 3%. Не содержит сосудо-суживающих компонентов, а также консервантов. Скандонест в стоматологии применяется в основном только у пациентов группы риска, которым нельзя анестетики с адреналином и эпинефрином, а также у больных с бронхиальной астмой. Полным аналогом Скандонест 3% является анестетик Мепивастезин 3%, выпускаемый фирмой «3М» (Германия).

Подробное описание анестетика и показания к применению читайте тут:
→ «Скандонест – инструкция по применению»

  • Если у Вас бронхиальная астма или очень высокая аллергичность –
    здесь нужен анестетик без консервантов (обычно в анестетиках используется дисульфит натрия, который нужен для стабилизации эпинефрина или адреналина). Поэтому лучше всего таким пациентам подойдет анестетик «Ультракаин Д», который совсем не содержит консервантов.
  • Если у вас есть заболевания щитовидной железы, сахарный диабет –
    в этом случае Вам также нежелательно использовать анестетики, содержащие сосудо-суживающие компоненты – адреналин, эпинефрин. Препарат выбора, например, «Ультракаин Д», «Скандонест» или «Мепивастезин». Но, выбирая между этими тремя анестетиками, я бы отдал предпочтение первому.
  • Если у вас повышенное давление и заболевание сердца –
    при умеренной гипертонической болезни и компенсированных заболеваниях сердца оптимальный выбор – это анестетики, содержащие концентрацию эпинефрина (адреналина) – 1:200000. Это может быть анестетики «Ультракаин ДС» или «Убистезин 1:200000».

    При выраженной гипертонической болезни, декомпенсированных заболеваниях сердца – необходимо применять анестетики, которые полностью не содержат адреналина и эпинефрина. Подойдет тогда, например, «Ультракаин Д».

  • Если вы здоровый человек –
    если у вас нет вышеперечисленных заболеваний, то вам можно смело ставить анестетики с содержанием эпинефрина/адреналина в концентрации 1:100000. Причем человеку весом около 70 кг можно поставить до семи карпул анестетика включительно. Примером таких анестетиков может служить «Ультракаин ДС форте», «Убистезин форте» и аналоги.

Важно : но хорошее обезболивание перед вмешательством это только половина дела, ведь после лечения зубы частенько болят. О том, какие препараты лучше всего позволяют обезболить в домашних условиях – читайте в статье:
→ «Лучшие анальгетики от зубной боли»

Оптимальным выбором для проведения стоматологических вмешательств при беременности, а также при грудном вскармливании – является «Ультракаин DS» (с содержанием эпинефрина 1:200000), либо «Убистезин 1:200000». Убистезин при беременности настолько же безопасен как и ультракаин. Концентрация эпинефрина 1:200000, которая присутствует в этих анестетиках не влияет на плод, не проникает через плаценту, а также не определяется в грудном молоке.

Полностью отказаться от содержания адреналина в анестетике у беременных и кормящих пациенток ни в коем случае нельзя, т.к. адреналин сужает сосуды в области инъекции и следовательно замедляет всасывание самого анестетика в кровь, а это в свою очередь приводит к заметному снижению концентрации анестетика в крови. А вот чем выше будет концентрация анестетика в крови, тем больше шансов у анестетика проникнуть через плаценту.

Некоторые врачи используют для обезболивания у беременных анестетики Скандонест или Мепивастезин (они не содержат ни адреналина, ни эпинефрина). Однако, как Вы уже поняли – применять такие анестетики у беременных и кормящих нежелательно, т.к. из-за отсутствия сосудосуживающего компонента они всасываются в кровь очень быстро, а это означает, что в крови будет высокая концентрация анестетика, которая позволит препарату проникнуть через плаценту. Кроме того и Скандонест, и Мепивастезин по токсичности превышает новокаин в 2 раза.

Автор: стоматолог Каменских К.В., стаж 19 лет.

источник

АРТИКАИНОМ ПРИ ЛЕЧЕНИИ ПАЦИЕНТОВ

Белорусская медицинская академия последипломного образования, Минск, Беларусь

Стоматологическая помощь является одной из самых массовых в системе здравоохранения. Ежегодно к врачам-стоматологам различного профиля обращаются примерно 15 млн. пациентов. Большинство манипуляций на твердых тканях зуба, пародонте и слизистой оболочке полости рта сопровождается болевыми ощущениями разной интенсивности и требует обезболивания. В условиях поликлинического приема основным методом борьбы с болью является инъекционное введение раствора местного анестетика (МА) в ткани челюстно-лицевой области. При этом препараты оказывают прямое влияние на систему гомеостаза организма человека. Установлено, что местная анестезия повышает риск возникновения осложнений общего характера в процессе проведения стоматологических вмешательств даже у практически здоровых пациентов.

По статистическим данным, среди пациентов амбулаторного стоматологического приема не менее 50% страдают различными общесоматическими заболеваниями. Особую проблему представляет эффективное и безопасное обезболивание у пациентов, имеющих патологию печени. Около 57% случаев цирроза печени и 78% случаев первичного рака печени обусловлены парентеральными вирусными гепатитами. Характерно, что наибольшая распространенность вирусов гепатита В и С регистрируется у лиц молодого трудоспособного возраста от 15 до 60 лет. В Республике Беларусь заболеваемость острым гепатитом В составляет 1,34 на 100 тысяч населения, количество больных с асимптомными формами — 9,62 на 100 тысяч населения. Хронические формы гепатита В встречаются в 6,50 случаев на 100 тысяч населения.

Больные с выраженной патологией печени (или при нарушениях ее кровоснабжения) в большей степени подвержены отрицательному влиянию МА амидной группы. Амиды характеризуются высокой эффективностью и широко применяются в практической стоматологии. Характерной особенностью анестетиков амидного ряда является их способность подвергаться биологической трансформации в печени под воздействием лизосомальных ферментов (N-дезалкилирование и гидролиз). Тем самым, при существенных нарушениях функции печени не происходит полного метаболизма, недоокисленные продукты распада попадают в кровоток, что в свою очередь повышает риск системной токсичности амидных анестетиков. В таких случаях возможно применение анестетиков эфирного ряда (прокаин), которые подвергаются метаболизму в тканях под влиянием псевдохолинэстеразы плазмы крови, однако они имеют низкую эффективность и предполагают введение достаточно большого количества препарата. Более предпочтительным представляется использование минимальной дозы амидного анестетика с высокой эффективностью и низкой токсичностью. При циррозах печени уровень альбуминов в крови уменьшается из-за снижения функции синтеза белков. Снижение уровня альбуминов приводит к увеличению свободной (активной) фракции лекарственных веществ, усилению эффекта, в том числе и токсического. С другой стороны, снижается метаболизирующая способность печени, уменьшается печеночный клиренс не связанного с белками препарата, увеличивается период полувыведения. Известный представитель анестетиков эфирного ряда прокаин связывается с белками плазмы крови всего лишь на 5,6%, однако его действие непродолжительно, а токсичность аналогична таковой препаратов амидного ряда. МА амидного ряда характеризуются высокой степенью связывания с белками (лидокаин – 64%, мепивакаин – 78%, артикаин – 95%), они имеют большую продолжительность действия и низкую системную токсичность.

Читайте также:  Растительные чаи для печени и поджелудочной

Период полувыведения анестетиков при нормальной функции печени колеблется от 22 минут (артикаин) до 163 (бупивакаин). У лидокаина он занимает промежуточное положение (96 минут). При нарушении функции печени период полувыведения может увеличиваться в 2 раза и более. Лидокаин метаболизируется в печени с образованием токсичных метаболитов: моноэтилглицинксиламида и глицинксиламида, которые имеют период полувыведения 2 часа и 10 часов, соответственно.

Особого внимания заслуживают современные анестетики на основе артикаина. Артикаин, как и все амиды, метаболизируется в печени путем гидролиза. Дополнительно инактивация происходит в тканях и крови неспецифическими эстеразами, в результате гидролиз карбоксигруппы артикаина идет быстро, образующаяся при этом артикаиновая кислота является неактивным водорастворимым метаболитом, выделяющимся почками (Rahn, 1996). Максимальный уровень артикаина в сыворотке крови наблюдается через 45 минут после введения, зависит от его дозы и создается в промежутке от 10 до 15 минут после введения независимо от наличия вазоконстриктора. Период полувыведения составляет около 20 минут. Особенности фармакокинетики (низкая жирорастворимость и высокий процент связывания с белками плазмы крови) снижают риск системной токсичности артикаина по сравнению с другими МА. Артикаин хорошо гидролизуется в тканях и действует быстро (через 1-4 минуты). Препарат имеет оптимальное соотношение показателей активности и токсичности, самую большую широту терапевтического действия. Является одним из наиболее активных и наименее токсичных МА. Используется для инфильтрационной и проводниковой анестезии. Низкая токсичность артикаина позволяет использовать его в 4% растворе, имеющем высокую анестезирующую активность. Препараты 4% артикаина Эрпикаин (Белмедпрепараты), Артикаин-Боримед содержат адреналин в концентрации 1:200000.

Тактика врача-стоматолога. При тяжелых заболеваниях печени необходимо проводить стоматологическое хирургическое вмешательство только после консультации с лечащим врачом пациента. Выбор препарата для местной анестезии зависит от объема, продолжительности и травматичности планируемого стоматологического вмешательства. Рекомендуются местноанестезирующие препараты на основе артикаина (Артикаин-Боримед, Беларусь), которые обладают высокой эффективностью, быстрым метаболизмом, высоким процентом связывания с белками плазмы, малым риском кумуляции, низкой токсичностью. Следует помнить о том, что у пациентов с гипопротеинемией для достижения необходимого эффекта следует использовать минимальные дозы МА с высоким процентом связывания с белками плазмы крови (0,6 мл для инфильтрационной, 1,8 мл для проводниковой анестезии), поскольку возможно повышение токсичности препарата. При тяжелых заболеваниях печени (цирроз, гепатит) противопоказано использование лидокаина.

Таким образом, для пациентов с заболеваниями печени риск введения местных анестетиков заключается в нарушении их метаболизма с проявлениями токсического действия. Знание особенностей фармакокинетики и фармакодинамики препаратов для местного обезболивания позволяет врачу-стоматологу осуществить дифференцированный выбор анестетиков для пациентов с заболеваниями печени и снизить риск развития осложнений общего характера.

источник

Частота заболеваний печени в США растет. В последние десятилетия увеличилась летальность от цирроза печени, что связывают с увеличением потребления алкоголя и ростом заболеваемости ви­русными гепатитами (передающимися половым путем и при переливании крови). Цирроз печени является одной из основных причин смерти у муж­чин 40-50 лет. По данным некоторых исследова­ний, цирроз печени при аутопсии выявляют в 5%. Вследствие большого функционального резерва поражение печени начинает клинически прояв­ляться уже в далеко зашедшей стадии заболевания. При компенсированном или латентно протекаю­щем заболевании печени даже небольшой стресс может спровоцировать тяжелую дисфункцию пече­ни. Примером такого стресса является анестезия и операция, которые оказывают неблагоприятное воздействие на печеночный кровоток (глава 34).

В настоящей главе обсуждается анестезия при сопутствующих заболеваниях печени. За исключе­нием некоторых важных деталей, тактика анесте­зии при острых и хронических заболеваниях пече­ни не имеет особых отличий. Хотя при желчно-ка­менной болезни отмечается лишь минимальное поражение печени, влияние анестезии на желчные пути также требует обсуждения.

Острый гепатит может быть обусловлен вирус­ной инфекцией, действием лекарственных препа­ратов и гепатотоксических веществ. Заболевание представляет собой остро возникшее повреждение гепатоцитов. Клинические проявления зависят от тяжести воспалительной реакции и, что более важ­но, от объема некротизированной паренхимы пече­ни. Легкие воспалительные процессы могут проте­кать как бессимптомное повышение уровня сыво­роточных трансаминаз, тогда как обширный некроз печени проявляется острой печеночной недоста­точностью.

Вирусные гепатиты чаще всего вызываются ви­русами гепатита А, В и С. Гепатит С раньше называ­ли сывороточным ни А ни В гепатитом. В последнее время выделяют еще несколько видов вирусного ге­патита, в том числе гепатит D (дельта вирус) и гепа­тит E (кишечный ни А ни В). Гепатиты А и E пере­даются фекально-оральным путем, тогда как гепа­титы В и С передаются чрескожно или при контакте с биологическими жидкостями человека. Гепатит D уникален в том отношении, что может передаваться любым путем, но для развития заболевания необхо­димо присутствие в организме хозяина вируса гепа­тита В. Могут вызывать гепатит и другие вирусы, включая вирус Эпштейна-Барр, вирус простого герпеса, цитомегаловирус и вирусы Коксаки, но они оказывают выраженное влияние и на другие ор­ганы.

Заболевание дебютирует 1-2-недельным про­дромальным периодом (усталость, недомогание, субфебрильная температура, тошнота и рвота), ко­торый в ряде случаев сменяется желтухой. Желтуха обычно исчезает через 2-12 недель, но для полного выздоровления, подтвержденного исследованием сывороточных трансаминаз, требуется 4 мес. Для определения типа вирусного гепатита необходимы серологические исследования, потому что сходство клинических проявлений не позволяет провести дифференциальный диагноз. Гепатиты В и С проте­кают тяжелее и выздоровление при них требует больше времени, чем при других формах. Значи­тельно реже ведущим проявлением гепатита явля­ется холестаз (см. ниже). В редких случаях развива­ется фульминантный (молниеносный) гепатит, обусловленный массивным некрозом печени.

Хронический активный гепатит (см. ниже) раз­вивается в 3-10% случаев после гепатита В и не ме­нее чем в 50% случаев после гепатита С. При гепати­те В бессимптомное вирусоносительство развивается у сравнительно небольшой доли больных; факторы риска включают лечение иммунодепрес-сантами и программным гемодиализом. В зависи­мости от исследуемой группы, от 0,3 до 30% боль­ных гепатитом В остаются инфицированными, при серологическом исследовании у них сохраняется поверхностный антиген Bs(HBsAg). При гепатите С бессимптомными вирусоносителями становится 0,5-1% больных. При хроническом гепатите С в крови выявляют очень небольшое количество частиц вируса, они обнаруживаются время от вре­мени или вовсе отсутствуют, поэтому риск зараже­ния при контакте с кровью и биологическими жид­костями таких больных невелик. Риск заражения коррелирует с обнаружением РНК вируса гепатита в периферической крови (с помощью полимераз-ной цепной реакции — ПЦР). Заразные вирусоно-сители представляют большую опасность для пер­сонала операционной. Помимо соблюдения мер за­щиты, предусматривающих исключение прямого контакта с кровью и выделениями (перчатки, мас­ки, защитные очки, соблюдение предосторожности при использовании инъекционных игл), высокой эф­фективностью обладает вакцина против вируса ге­патита В. Вакцины против гепатита С не сущест­вует. Более того, в отличие от гепатита В, после пе­ренесенного гепатита С стойкого иммунитета не вырабатывается, так что при последующем контак­те с вирусом возможна реинфекция. Профилакти­ческое введение гипериммунного глобулина эф­фективно в отношении гепатита В, но не С.

Лекарственные и токсические гепатиты

Лекарства, токсины и их метаболиты (табл. 35-1) могут оказывать либо прямое дозозависимое по­вреждающее воздействие на печень, либо вызывать идиосинкразию. В ряде случаев гепатотоксическое действие обусловлено сочетанием прямого и идио­синкразического эффекта. Клиническое течение сходно с вирусным гепатитом, что затрудняет диаг­ностику. Наиболее распространенным видом ток­сического гепатита является алкогольный, хотя за­подозрить причину гепатита на основании анамне­за бывает трудно. Хроническое злоупотребление алкоголем может привести к гепатомегалии в ре­зультате жировой инфильтрации печени, что вызы­вает: 1) нарушение окисления жирных кислот; 2) увеличение поглощения и этерификации жир­ных кислот и 3) снижение синтеза и секреции липо-протеинов. Некоторые препараты (например, хло-промазин и пероральные контрацептивы) вызыва­ют холестатические реакции (см. ниже). Мощные гепатотропные яды (например, четыреххлористый углерод и некоторые виды грибов (Amanita, Galenпа) часто вызывают острую печеночную недоста­точность.

ТАБЛИЦА 35-1 . Лекарственные препараты и иные вещества, способные вызвать токсический гепатит

Прямое токсическое действие

Ингаляционные анестетики Галотан

Сочетание прямого токсического действия и идиосинкразии

Хлорпромазин (синоним: аминазин)

Метамизол (синоним: анальгин)

Все плановые операции откладывают до разре­шения острого гепатита, о чем судят по нормализа­ции лабораторных тестов функции печени. Такое жесткое требование обусловлено тем, что острый гепатит увеличивает периоперационную леталь­ность (до 10% при лапаротомии) и повышает риск периоперационных осложнений (до 12%). Хотя при алкогольном гепатите риск периоперационной ле­тальности и осложнений ниже, острое алкогольное отравление значительно усложняет проведение анестезии. Операция при алкогольном абстинент­ном синдроме сопряжена с очень высокой летально­стью — до 50%. У этих больных операцию проводят только в самых экстренных случаях. При гепатите повышен риск дисфункции печени и осложнений печеночной недостаточности (энцефалопатия и ге-паторенальный синдром, см. ниже).

Если операцию необходимо провести в острую фазу гепатита, то при предоперационном обследо­вании прежде всего следует выявить вид заболева­ния и выраженность дисфункции печени. Больного спрашивают о принимаемых лекарственных препа­ратах, потреблении алкоголя, злоупотреблении в/в наркотиками, перенесенных гемотрансфузиях и предшествующих анестезиях. Отмечают наличие тошноты или рвоты. Психические расстройства ука­зывают на тяжелое поражение печени. При алкого­лизме неадекватное поведение и оглушенность мо­гут быть признаками острой интоксикации, тогда как тремор и раздражительность являются симпто­мами абстинентного синдрома. При алкогольном абстинентном синдроме часто наблюдают выра­женную артериальную гипертонию и тахикардию.

При лабораторном исследовании определяют азот мочевины крови (AMK), электролиты и глю­козу сыворотки, креатинин, трансаминазы, билиру-бин, щелочную фосфатазу, альбумин, а также про-тромбиновое время (ПВ) и уровень тромбоцитов в крови. Проводят анализ на HBsAg. Если анамнез и психическое состояние больного позволяют запо­дозрить алкогольную интоксикацию, то следует из­мерить концентрацию этанола в крови. Часто выяв­ляют гипокалиемию и метаболический алкалоз, обусловленные потерями калия при рвоте. При хроническом алкоголизме часто развивается гипо-магниемия, предрасполагающая к нарушениям ритма сердца. Повышение концентрации сыворо­точных аминотрансфераз не всегда коррелирует с уменьшением массы функционирующей парен­химы печени вследствие некроза. Уровень АлАТ сыворотки обычно выше, чем уровень AcAT, за ис­ключением алкогольных гепатитов, где наблюдает­ся обратная картина. Концентрация билирубина и щелочной фосфатазы повышена умеренно, исклю­чением являются холестатические варианты гепа­титов. ПВ является наиболее информативным по­казателем синтетической функции печени (гла­ва 34). Если после применения витамина К сохраняется стойкое удлинение ПВ более чем на 3 с по сравнению с контролем, то можно констати­ровать тяжелое поражение печени. В подобных слу­чаях может также наблюдаться гипогликемия. Ги-поальбуминемия обычно не возникает, за исключе­нием очень тяжелых форм заболевания с недостаточным питанием, а также при хрониче­ском заболевании печени.

Если больному с острым гепатитом предстоит экстренная операция, в первую очередь следует устранить дегидратацию и электролитные наруше­ния. Для коррекции коагулопатии может потребо­ваться введение витамина К или переливание СЗП. Если коагулопатию необходимо устранить немед­ленно, то показано переливание СЗП. Премедика­цию обычно не назначают, чтобы свести к миниму­му спектр применяемых лекарственных препара­тов и предотвратить энцефалопатию при тяжелом поражении печени. Напротив, при остром алко­гольном абстинентном синдроме показаны бензо-диазепины и тиамин.

Необходимо сохранить на прежнем уровне функ­цию печени и избегать влияния факторов, неблагопри­ятно действующих на печень. Выбор лекарственных препаратов и их доз должен быть индивидуализиро­ван. При вирусном гепатите в некоторых случаях отмечается повышенная чувствительность ЦНС к анестетикам, тогда как при алкогольном пораже­нии печени часто возникает перекрестная рези-стентность к неингаляционным и ингаляционным анестетикам. При алкоголизме показан особенно тщательный мониторинг кровообращения, потому что алкоголь и анестетики обладают аддитивным кардиодепрессивным эффектом; кроме того, при алкоголизме часто развивается кардиомиопатия.

По определению, все анестетики вызывают де­прессию ЦНС, поэтому при гепатите следует мак­симально ограничить спектр используемых препа­ратов. Ингаляционные анестетики имеют преиму­щество перед неингаляционными, поскольку элиминация и метаболизм последних проходят в печени. Для индукции анестезии используют стандартные дозы неингаляционных анестетиков, потому что продолжительность их действия в боль­шей степени зависит от перераспределения, чем от метаболизма или экскреции. С другой стороны, при использовании больших доз или многократном введении неингаляционных анестетиков (особенно опиоидов) можно ожидать увеличения продолжи­тельности действия. Из ингаляционных анестети­ков препаратом выбора является изофлюран, по­скольку он оказывает наименьшее влияние на пече­ночный кровоток (глава 34). Необходимо избегать факторов, вызывающих снижение печеночного крово-тока: артериальная гипотония, чрезмерная симпа­тическая активация, высокое давление в дыхатель­ных путях при ИВЛ. Если коагулопатия отсутствует, то допускается проведение регионарной анестезии; в этом случае следует уделять особое внимание пре­дотвращению артериальной гипотонии.

Под хроническим гепатитом понимают стойкий воспалительный процесс в печени, продолжаю­щийся более б месяцев, что подтверждается увели­чением концентрации сывороточных трансаминаз. На основании морфологического исследования биоптата печени выделяют три формы заболева­ния: хронический персистирующий гепатит (ХПГ), хронический лобулярный гепатит (ХЛГ) и хрони­ческий активный гепатит (XАГ). ХПГ характеризу­ется хроническим воспалением портальных трак­тов, в то время как цитоархитектоника не нарушена; эта форма гепатита обычно не приводит к циррозу печени. ХПГ развивается после острого гепатита (обычно гепатит В или С), имеет затяжное течение, но в конце концов заканчивается выздоровлением. Недавно описан ХЛГ, который дебютирует как ост­рый гепатит, затем разрешается, но впоследствии принимает рецидивирующее течение с периодиче­скими обострениями; при морфологическом иссле­довании в печеночных дольках обнаруживают оча­ги воспаления и некроза. Подобно ХПГ, ХЛГ обыч­но не трансформируется в цирроз печени.

Читайте также:  Печень в горшочках в духовке с фото

При ХАГ обнаруживают хроническое воспале­ние печени с нарушением нормальной цитоархи-тектоники (периферические ступенчатые некрозы паренхимы). В 20-50% случаев признаки цирроза наблюдаются уже в начале заболевания, у остав­шейся части больных обязательно развиваются позже. ХАГ чаще всего вызывается вирусами гепа­тита В и С. Реже причиной ХАГ являются лекарст­венные препараты (метилдофа, оксифенизатин, изониазид и нитрофурантоин) и аутоиммунные на­рушения. Важную роль играют иммунологические факторы и генетическая предрасположенность. В анамнезе отмечается утомляемость и рецидиви­рующая желтуха, часто возникают внепеченочные проявления (например, артриты и серозиты). Если болезнь быстро прогрессирует, то начинают преоб­ладать симптомы цирроза печени. При лаборатор­ном исследовании может отмечаться лишь неболь­шое повышение активности сывороточных транса­миназ, которое обычно плохо коррелирует с тяжестью заболевания. Если причиной ХАГ не яв­ляются вирусы гепатита В или С, то хороший эффект оказывают иммунодепрессанты, и таким больным показано длительное лечение кортикостероидами, в ряде случаев в сочетании с азатиоприном.

Анестезия при ХПГ и ХЛГ не имеет принципи­альных отличий от анестезии при остром гепатите (см. выше). Напротив, больных с ХАГ следует вести как при циррозе печени (см. ниже). Аутоиммунная форма ХАГ может сочетаться с внепеченочными аутоиммунными расстройствами (например, са­харный диабет, тиреоидиты), а также с побочными эффектами длительного применения кортикосте-роидов (глава 36).

Цирроз печени является тяжелым прогресси­рующим заболеванием, приводящим к печеночной недостаточности. В США наиболее распространен­ной причиной цирроза печени является злоупот­ребление алкоголем. Другие причины цирроза пе­чени включают ХАГ (постнекротический цирроз), холестатические заболевания печени (билиарный цирроз, обструкция желчных путей), хроническую правожелудочковую сердечную недостаточность (сердечный цирроз), гемохроматоз, болезнь Виль­сона, дефицит α1-антитрипсина. Независимо от причины, некроз гепатоцитов сменяется фиброзом и узелковой регенерацией. Нарушение нормальной клеточной и сосудистой архитектоники затрудняет кровоток в бассейне воротной вены, что приводит к портальной гипертензии. Угнетение синтетиче­ской и других метаболических функций печени вы­зывает поражение многих органов и систем. Клини­ческая картина часто не коррелирует с тяжестью поражения печени. В ранней стадии клинические проявления могут отсутствовать, но со временем у большинства больных развивается желтуха и асцит. Могут наблюдаться и другие симптомы: паукообраз­ная гемангиома, ладонная эритема, гинекомастия, спленомегалия. Цирроз печени характеризуется тремя тяжелыми осложнениями: (1) кровотечение из варикозных вен вследствие портальной гипер­тензии; (2) асцит и гепаторенальный синдром; (3) печеночная энцефалопатия. Приблизительно у 10% больных развивается как минимум один эпи­зод спонтанного бактериального перитонита. Цирроз печени в ряде случаев является причиной гепатоцеллюлярной карциномы.

При некоторых заболеваниях фиброз печени развивается в отсутствие некроза гепатоцитов и узелковой регенерации. В этих случаях клиниче­ские проявления определяются портальной гипер-тензией и ее осложнениями (см. ниже), в то время как функция гепатоцитов часто остается нормаль­ной. К этим заболеваниям относят шистосомоз, идиопатический портальный фиброз (синдром Банти) и врожденный фиброз печени.

Обструкция печеночных вен или нижней полой вены (синдром Бадда-Киари) также вызывает портальную гипер-тензию. Причины синдрома Бадда-Киари: тромбоз вен (при гиперкоагуляционных состояниях), опу­холевый тромб (рак почки), окклюзия внутрипече-ночных вен.

Неблагоприятное влияние анестезии и опера­ции на печеночный кровоток обсуждается в гла­ве 34. При циррозе функциональный резерв печени ограничен, что значительно повышает риск перио-перационной дисфункции печени. Своевременное выявление, устранение и предупреждение ослож­нений цирроза печени — необходимое условие для успешного проведения анестезии (табл. 35-2).

А. Желудочно-кишечный тракт: Портальная ги-пертензия (давление в воротной вене > 10 мм рт. ст.) приводит к развитию обширной сети портокаваль-ных анастомозов. Особенно сильно портокаваль-ные анастомозы развиты в гастроэзофагеальной об­ласти, в прямой кишке, околопупочной области и забрюшинном пространстве. Расширение вен на пе­редней брюшной стенке («голова медузы») являет­ся очевидным симптомом портальной гипертензии. Массивное кровотечение из гастроэзофагеалъных варикозных вен — это основная причина смерти и осложнений при циррозе печени. Кровотечение в ЖКТ провоцирует печеночную энцефалопатию — не только из-за гиповолемии, но и в результате зна­чительного поступления азотсодержащих метабо­литов в сосудистое русло (вследствие распада кро­ви в ЖКТ). Фиброэзофагогастродуоденоскопия является незаменимым методом визуализации, по­скольку при циррозе печени источником кровоте­чения могут быть не только варикозные вены, но также пептические язвы и эрозии, требующие принципиально иного лечения.

Сразу после того, как эндоскопия подтвержда­ет кровотечение из варикозных вен, начинают кон­сервативное лечение. Кровопотерю восполняют переливанием инфузионных растворов и препара­тов крови (глава 29). Вводят вазопрессин (0,1-0,9 МЕ/мин в/в) или соматостатин (250 мкг в/в, затем поддерживающая инфузия со скоростью 250 мкг/ч), пропранолол, выполняют тампонаду варикозных вен баллонным зондом (например, зон­дом Сенгстейкена-Блейкмора), проводят эндоско­пическую склеротерапию. Вазопрессин, соматоста­тин и пропранолол уменьшают кровопотерю. Высо­кие дозы вазопрессина могут привести к застойной сердечной недостаточности и ишемии миокарда; одновременная инфузия нитроглицерина снижает риск этих побочных эффектов и способствует остановке кровотечения. Пропранолол противопоказан при артериальной гипотонии. Эндоскопическая склеротерапия и перевязка варикозных узлов по­зволяют остановить кровотечение в 90% случаев. В некоторых больницах выполняют эндоваскуляр-ное шунтирование, при котором через яремную вену под рентгеноскопическим контролем вводят стенты, обеспечивающие сообщение между систем­ным и портальным венозным кровотоком. Если с помощью консервативных мероприятии кровоте­чение не удается остановить или оно рецидивирует, то показана экстренная операция. Периоперацион-ная летальность коррелирует со степенью дисфункции печени, которую определяют на основании клинических и лабораторных данных (классифика­ция Чайлда; табл. 35-3).

ТАБЛИЦА 35-2. Клинические проявления цирроза печени

Варикозное расширение вен пищевода

Гипердинамическое состояние (высокий сердечный выброс)

Системные артериовенозные шунты

Увеличение внутрилегочного шунта

Снижение функциональной остаточной емкости

Рестриктивное нарушение вентиляции

Первичный дыхательный алкалоз

Увеличение реабсорбции натрия в проксимальных канальцах

Увеличение реабсорбции натрия в дистальных канальцах

Нарушение клиренса свободной воды

Снижение почечного кровотока

Спонтанный бактериальный перитонит

Шунтирование выполня­ют у больных с низким риском, тогда как при высо­ком риске осложнений показаны более радикальные операции (например, деваскуляризацию желудка). Наложение портокавальных анастомозов (синоним: шунтирующие операции) снижает риск кровотече­ния за счет уменьшения давления в варикозных ве­нах пищевода. В последнее время вместо неселектив­ных анастомозов (портокавальный и проксимальный спленоренальный анастомозы) накладывают селек­тивные (дистальный спленоренальный анастомоз). Преимущество дистального спленоренального ана­стомоза перед неселективными состоит в меньшем снижении печеночного кровотока, что влечет за со­бой снижение риска послеоперационной энцефало-патии (см. ниже).

Б. Кровь: Могут наблюдаться анемия, тромбо-цитопения и, реже, лейкопения. Анемия развивает­ся в результате многих причин, включая кровопоте-рю, ускоренное разрушение эритроцитов, угнете­ние кроветворения в костном мозге и нарушение питания. Портальная гипертензия приводит к ве­нозному застою в селезенке и спленомегалии, что влечет за собой гиперспленизм. В свою очередь, ги-перспленизм является главной причиной тромбо-цитопении и лейкопении. Угнетение синтетиче­ской функции печени приводит к дефициту факто­ров свертывания. Активация срибринолиза, обусловленная снижением клиренса активаторов фибринолиза, также способствует коагулопатии (глава 34).

Предполагаемую пользу от предоперационного переливания крови следует сопоставить с неизбежным вредом вследствие поступления азотистых соединений в сосудистое русло. Распад белка при массивном переливании крови провоцирует печеночную энцефалопатию. Если операция сопряжена с высо­ким риском кровопотери, то перед ней следует уве­личить гематокрит до 30% путем переливания эрит­роцитов. Необходимо устранить коагулопатию. Де­фицит факторов свертывания устраняют с помощью СЗП, а при тромбоцитопении

1 года) вызывает вторичный би-лиарный цирроз печени и портальную гипертензию (см. выше).

Лапароскопическая холецистэктомия укорачи­вает период послеоперационной реабилитации, но инсуффляция углекислого газа в брюшную полость усложняет проведение анестезии (глава 23, см. слу­чай из практики). Все опиоиды в той или иной степе­ни вызывают спазм сфинктера Одди, поэтому при планирующейся интраоперационной холангиогра-фии вопрос об их применении является весьма спор­ным. Теоретически обусловленный опиоидами спазм сфинктера Одди, выявленный при холангио-графии, может создать ложное впечатление о стриктуре, что приведет к ненужному вмешательст­ву на общем желчном протоке. Хотя в прошлом зна­чение этого феномена значительно переоценивали, некоторые анестезиологи не вводят опиоиды до хо-лангиографии. При подозрении на обусловленный опиоидами спазм сфинктера Одди показано приме­нение налоксона или глюкагона.

При обструкции желчных путей следует ожи­дать увеличения продолжительности действия пре­паратов, элиминация которых в значительной сте­пени зависит от экскреции с желчью. Предпочтитель­но использовать препараты, которые выделяются преимущественно через почки (глава 32). Для мони­торинга диуреза устанавливают мочевой катетер. Следует поддерживать адекватный диурез в перио-перационном периоде (см. выше).

Больные с бескаменным холециститом и тяже­лым холангитом находятся в критическом состоя­нии, что объясняет высокую периоперационную летальность. Инвазивный гемодинамический мо­ниторинг облегчает проведение анестезии у этих больных (глава 6).

К наиболее распространенным операциям на пе­чени относят ушивание повреждений, дренирова­ние абсцессов и резекции при опухолях (первич­ных и метастатических). У многих больных можно удалить до 80-85% печени. Во многих клиниках выполняют трансплантацию печени. Операции на печени часто сопровождаются массивной кровопо-терей. Цирроз печени значительно усложняет про­ведение анестезии и увеличивает периоперационную летальность. Необходимо установить несколько в/в катетеров большого диаметра и предусмотреть на­личие приспособлений для нагревания крови и ин­фузионных растворов. Аппараты для быстрой ин-фузии облегчают переливание большого объема крови при массивной кровопотере. Целесообразно проводить инвазивный мониторинг АД и ЦВД. Не­которые анестезиологи не применяют методику управляемой гипотонии из-за потенциального рис­ка повреждения оставшейся ткани печени. Другие врачи считают, что осторожное использование управляемой гипотонии позволяет значительно снизить интраоперационную кровопотерю, не под­вергая печень риску ишемии. Апротинин, эпси-лон-аминокапроновая кислоты и транексамовая кислота уменьшают интраоперационную кровопо­терю (глава 21). После обширной резекции печени может развиться гипогликемия. Дренирование абс­цессов или кист печени сопряжено с риском загрязнения брюшной полости их содержимым. Попада­ние в брюшную полость содержимого эхинококко­вых кист может вызывать анафилактическую реакцию, обусловленную иммунным ответом к ан­тигенам Echinococcus.

Послеоперационные осложнения включают кровотечения, сепсис и печеночную дисфункцию. После обширной резекции печени может потребо­ваться продленная ИBJI в послеоперационном пе­риоде.

Случай из практики: трансплантация печени

Женщина 23 лет съела собранные в лесу грибы, по­сле чего у нее развилась фулъминантная печеночная недостаточность. Трансплантация печени является единственным способом сохранить ее жизнь.

Каковы показания к трансплантации печени?

Ортотопическую трансплантацию печени обыч­но выполняют при терминальной печеночной не­достаточности, когда уже появились опасные для жизни осложнения, резистентные к медикаментоз­ному и хирургическому лечению. Кроме того, трансплантация печени показана при фульминат-ной печеночной недостаточности (вследствие ви­русного или токсического гепатита), когда вероят­ность выжить с помощью других методов лечения практически исключена.

Наиболее распространенные показания к транс­плантации печени у детей (в порядке убывания): атрезия желчных путей, врожденные дефекты ме­таболизма (дефицит (А1-антитрипсина, болезнь Вильсона, тирозинемия, синдром Криглера-Найя-ра I типа) и постнекротический цирроз печени.

Наиболее распространенные показания к транс­плантации печени у взрослых (в порядке убыва­ния): постнекротический (неалкогольный) цирроз печени, первичный билиарный цирроз печени, склерозирующий холангит. Реже операцию выпол­няют при первичных злокачественных опухолях печени. Существуют значительные разногласия ка­сательно трансплантации печени при алкогольном циррозе. Они обусловлены распространенным мне­нием, что многие больные с этим заболеванием про­должают злоупотреблять алкоголем после транс­плантации. С другой стороны, исследования пока­зали, что при воздержании от алкоголя на протяжении не менее 6 мес до операции риск реци­дива алкоголизма снижается до 7%.

Какие факторы способствовали повышению эффективности трансплантации печени?

В некоторых центрах однолетняя выживаемость после трансплантации печени достигает 80-85%. 5-летняя выживаемость после трансплантации пе­чени колеблется в пределах 50-60%. Эффектив­ность операции в значительной степени обусловле­на применением иммунодепрессанта циклоспори-на. Ингибируя образование интерлейкина-2 (IL-2) и других цитокинов, циклоспорин избирательно подавляет активность Т-хелперов (синоним: СD4-лимфоциты). Интерлейкин-2 необходим для образования и пролиферации цитотоксических Т-лимфоцитов, ответственных за отторжение трансплантата и активацию В-клеток (которые опосредуют независимый от Т-лимфоцитов гумо­ральный иммунный ответ). В начале иммуносу-прессивной терапии циклоспорин обычно назнача­ют в сочетании с кортикостероидами и азатиопри-ном. Применение анти-ОКТ-3 — моноклональных антител, специфичных к антигенам лимфоцитов, чрезвычайно эффективно в лечении острого оттор­жения, резистентного к кортикостероидам. Такро-лимус (FK-506) эффективен при отторжении, рези-стентном к циклоспорину, а также может использо­ваться как альтернатива циклоспорина.

Помимо иммунодепрессантов, повышению эф­фективности трансплантации печени способство­вали накопление опыта, применение веновенозно-го шунта, а также внедрение в практику аппаратов для быстрой инфузии, которые позволяют нагреть до температуры тела и перелить до 2 л крови в ми­нуту.

Опишите наиболее значимые интраоперационные осложнения при трансплантации печени

Наиболее важные осложнения включают сис­темные расстройства вследствие цирроза печени (см. выше), массивную интраоперационную крово-потерю, нарушения гемодинамики при наложении и снятии зажима с нижней полой вены и воротной вены, метаболические расстройства в ангепатиче-скую фазу, воздушная эмболия и гиперкалиемия при полном восстановлении кровообращения в пе­ресаженной печени.

Читайте также:  Как проверить есть ли проблемы с печенью

Сопутствующая коагулопатия, тромбоцитопе-ния и перенесенные ранее операции на органах брюшной полости значительно увеличивают ин-траоперационную кровопотерю. Обширная сеть портокавальных анастомозов (см. выше) способст­вует повышенной кровоточивости при разрезе брюшной стенки. Массивное переливание крови вызывает гипотермию, коагулопатию, гиперкалие-мию, цитратную интоксикацию, а также сопряжено с риском инфекционных осложнений (глава 29). При трансплантации печени обычно переливают 15-30 доз эритроцитарной массы, 15-30 доз СЗП, 15-25 доз тромбоцитарной массы и 10-20 доз кри-опреципитата. Методы кровесбережения и реинфу-зии собственной крови больного позволяют значи­тельно снизить потребность в донорских эритроци­тах. Инфузия апротинина, транексамовой кислоты и эпсилон-аминокапроновой кислоты значительно уменьшает кровопотерю (см. ниже и главу 21).

Какой венозный доступ можно считать адекватным?

Каждый этап трансплантации печени сопровож­дается кровотечением. Чтобы не возникло затруд­нений с переливанием инфузионных растворов и препаратов крови, следует установить 3-5 катете­ров калибра 14G (или крупнее) в вены, располо­женные выше диафрагмы. В вену локтевой ямки можно установить специальный катетер 8,5F, к ко­торому подключают аппарат для быстрой инфузии. Не следует катетеризировать вены той руки, кото­рую планируют использовать для веновенозного шунтирования. Все инфузионные линии должны проходить через специальные устройства, позво­ляющие подогревать переливаемые растворы и пре­параты крови до нормальной температуры тела, что позволяет предупредить гипотермию. С аналогич­ной целью увлажняют дыхательную смесь и приме­няют одеяла с форсированной подачей теплого воз­духа. Суммарный объем перелитых инфузионных растворов и препаратов крови может варьировать от 1 до 35 ОЦК.

Какие методы мониторинга наиболее информативны?

Во всех случаях показан инвазивный мониторинг АД. Чтобы проводить адекватную инфузионную те­рапию, необходим мониторинг ЦВД или ДЗЛА. У взрослых легочную артерию катетеризируют зна­чительно чаще, чем у детей. Для мониторинга диу­реза показана катетеризация мочевого пузыря.

Лабораторные исследования составляют важ­ную часть интраоперационного мониторинга. Оп­ределение гематокрита в динамике позволяет отсле­живать кровопотерю и своевременно переливать эритроцитарную массу. Чтобы вовремя выявлять и устранять тяжелые метаболические нарушения, в динамике выполняют анализ ГАК, определяют сывороточную концентрацию электролитов, иони­зированного кальция и глюкозы. Для оценки свер­тываемости измеряют ПВ, ЧТВ, фибриноген, содержание тромбоцитов, а также используют тром-боэластографию. Тромбоэластография позволяет не только оценить свертываемость крови и функ­цию тромбоцитов, но также выявить фибринолиз (ниже).

Какие методики анестезии применяют при трансплантации печени?

Премедикацию назначают всем больным без вы­раженной энцефалопатии. При коагулопатии про­тивопоказаны в/м инъекции. Взрослым назначают диазепам (5-10 мг внутрь) или лоразепам (2-3 мг внутрь), детям — диазепам (0,1-0,2 мг/кг внутрь). Хотя консервирующий раствор Висконсинского университета позволяет поддерживать жизнеспо­собность донорской печени в течение 24 ч, что пре­доставляет достаточно времени для предопераци­онной подготовки, большинство больных все же рассматриваются как имеющие «полный желудок». Как правило, это обусловлено повышенным внут-рибрюшным давлением (вследствие асцита) или недавно перенесенным кровотечением из ЖKT. Проводят быструю последовательную индукцию анестезии с приемом Селлика. Полусидячее поло­жение больного на операционном столе предупре­ждает быструю дезоксигенацию при индукции ане­стезии и облегчает ИВЛ на этапе лапаротомии. Для индукции анестезии применяют тиопентал (4-5 мг/кг), кетамин (1-2 мг/кг), этомидат (0,3-0,4 мг/кг). Для облегчения интубации исполь­зуют сукцинилхолин (1,5 мг/кг). Тяжелая энцефа-лопатия часто сопровождается внутричерепной ги-пертензией, поэтому в таких случаях умеренная ги­первентиляция может оказывать благоприятное влияние на головной мозг (глава 25). Для поддер­жания анестезии применяют ингаляционный ане-стетик (чаще всего изофлюран) и опиоид (фента-нил или суфентанил). При тяжелой энцефалопа­тии концентрация ингаляционного анестетика не должна превышать 1 МАК (глава 25). Закись азота не применяют или используют только до включе­ния в кровоток донорской печени, чтобы предот­вратить увеличение объема пузырьков воздуха в кровеносных сосудах. Кроме того, закись азота может быть причиной выраженного вздутия ки­шечника. Выбор миорелаксанта не имеет сущест­венного значения, поскольку больных после этой операции обычно не экстубируют.

Чем обусловлена значительная продолжительность трансплантации печени?

Трансплантацию печени, которая в среднем продолжается 8 ч (с колебаниями от 6 до 18 ч), можно разделить на три этапа: этап мобилизации пече­ни, ангепатический этап, этап реваскуляризации.

(1) Этап мобилизации печени: Через широкий доступ в правом подреберье печень мобилизуют та­ким образом, что она остается соединенной с орга­низмом только через нижнюю полую вену, ворот­ную вену, печеночную артерию и общий желчный проток. Перенесенные ранее операции на органах брюшной полости значительно пролонгируют про­должительность этого этапа и увеличивают сопря­женную с ним кровопотерю.

(2) Ангепатический этап: По завершении пол­ной мобилизации печени накладывают зажимы на нижнюю полую вену (ниже и выше печени), пече­ночную артерию, воротную вену и общий желчный проток. После этого печень удаляют. Иногда во вре­мя этого этапа применяют веновенозное шунтиро­вание (см. ниже). Затем накладывают анастомозы между донорской печенью и нижней полой (подпе-ченочный и надпеченочный сегмент) и воротной венами реципиента.

(3) Этап реваскуляризации и реконструкции общего желчного протока (неогепатический или постангепатический): После наложения венозных анастомозов снимают зажимы с вен и, наложив ана­стомоз на печеночную артерию, полностью восста­навливают кровоток в пересаженной печени. В по­следнюю очередь накладывают анастомоз между общим желчным протоком реципиента и донора по­средством холедохохоледохостомии или холедо-хоеюностомии по Py.

Как предупреждать и устранять нарушения гемодинамики, возникающие при наложении зажимов на воротную и нижнюю полую вену?

Пережатие нижней полой и воротной вен приво­дит к выраженному снижению сердечного выброса и АД. Повышение дистального венозного давления значительно увеличивает кровопотерю, а также вы­зывает снижение почечного кровотока, отек и ише­мию кишечника. У некоторых больных (чаще у де­тей) пережатие нижней полой вены не вызывает значимых гемодинамических изменений вследст­вие существования обширной сети чрездиафраг-мальных венозных коллатералей. Чтобы предот­вратить гемодинамические расстройства, многие хирурги у всех взрослых и детей весом > 10 кг при­меняют такую методику вспомогательного крово­обращения, как веновенозное шунтирование. В со­ответствии с этой методикой канюлируют нижнюю полую и воротную вену, кровь из которых (1-3 л/мин) в обход печени перекачивают в правое предсердие через подмышечную вену. Насос и трубки изготовлены таким образом, что гепарини-зации не требуется. Веновенозное шунтирование позволяет предупредить артериальную гипотонию, отек и ишемию кишечника, накопление кислых продуктов метаболизма и послеоперационную дис­функцию почек. Профилактическое введение ман-нитола и инфузия низких доз дофамина (2-3 мкг/кг/мин) перед наложением зажима на вены и на протяжении периода пережатия помога­ют предотвратить дисфункцию почек, хотя эффек­тивность этих мероприятий пока не доказана. До налаживания эффективной работы веновенозного шунта может потребоваться временная инотропная поддержка (помимо переливания крови и жидко­сти). По техническим причинам веновенозное шун­тирование сложно проводить у маленьких детей. Веновенозное шунтирование не лишено недостат­ков: эта методика увеличивает длительность опера­ции, сопряжена с риском воздушной эмболии, тромбоэмболии и травмы плечевого сплетения, а также способствует гипотермии.

Какие физиологические нарушения возникают во время ангепатического этапа?

После удаления печени не подвергается метабо­лизму большое количество цитрата, поступающего в организм при переливании препаратов крови, что приводит к гипокальциемии и вторичному сниже­нию сократимости миокарда (глава 29). Во время операции необходимо периодически вводить хло­рид кальция в/в (200-500 мг), контролируя лече­ние измерением концентрации ионизированного кальция в плазме. Гипокальциемия не вызывает ха­рактерных изменений на ЭКГ, а гиперкалиемия, на­оборот, вызывает (глава 28). Возникает прогресси­рующий ацидоз, обусловленный накоплением не подвергающихся метаболизму в печени кислых продуктов обмена из кишечника (и нижней части тела). Чтобы устранить ацидоз, под контролем ГАК вводят NaHCO3. Передозировка NaHCO3 вы­зывает гипернатриемию, гиперосмоляльность, а также потенциирует метаболический алкалоз, ко­торый часто возникает после массивного перелива­ния крови (глава 29). Если необходимо ввести большое количество щелочей, целесообразно при­менение THAM (глава 30). Хотя на ангепатическом этапе может развиться гипогликемия, чаще возни­кает гипергликемия. При массивном переливании с препаратами крови в организм поступает большое количество глюкозы. Следовательно, глюкозосо-держащие инфузионные растворы переливать не надо, если только не выявлена гипогликемия.

После того как перфузия в трансплантате пол­ностью налажена, часто возникает воздушная эмбо­лия легочной артерии или артерий большого круга кровообращения (парадоксальная эмболия), что обусловлено попаданием воздуха в синусоиды на этапе забора печени у донора. Воздушная эмболия артерий большого круга кровообращения объясня­ется тем фактом, что у многих реципиентов сущест­вует обширная сеть артерио-венозных соустий. Воздушную эмболию легочной артерии распозна­ют по резкому увеличению концентрации N2 в вы­дыхаемой смеси в конце выдоха (глава 26). Инфу-зия холодного раствора Рингера с лактатом в пор­тальную вену во время наложения венозных анастомозов снижает риск воздушной эмболии ле­гочной артерии. Кроме того, после наложения ана­стомоза с воротной веной и надпеченочного анасто­моза с нижней полой вены, но до завершения подпе-ченочного анастомоза с нижней полой веной снимают зажим с воротной вены, в результате чего весь находящийся в печени воздух вымывается с потоком крови через сосудистый дефект в неза­вершенном подпеченочном анастомозе. В этот пе­риод часто возникает выраженная артериальая ги­потония, требующая инотропной поддержки и пе­реливания инфузионных растворов. После «вымывания» воздуха на воротную вену вновь накладывают зажим и завершают наложение подпеченочного анастомоза с нижней полой веной. Ангепатический этап завершается после снятия с вен всех трех зажимов и налаживания кровотока в донорской печени. Описаны тромбоэмболические ос­ложнения, возникающие после восстановления кровотока в донорской печени.

Какие осложнения могут возникнуть на этапе реваскуляризации?

Перфузия донорской печени кровью реципиента неизменно приводит к преходящему повышению концентрации калия в плазме на 1-2 мэкв/л, а так­же усугубляет системный метаболический ацидоз. Ацидоз потенциирует гиперкалиемию (глава 28). После снятия венозных зажимов в системный кровоток поступает калий из оставшегося в донорской печени раствора консерванта (концентрация K + в этих растворах составляет 115-120 мэкв/л), а также калий из тканей, расположенных дистальнее места пережатия вен. Помимо калия, из ишемизированных тканей нижней половины тела высвобождается большое количество кислых продуктов ме­таболизма (особенно если операцию проводили без веновенозного шунтирования); в связи с этим некоторые врачи предлагают профилактически вводить NaHCO3.

Полное восстановление кровотока в трансплан­тате характеризуется резким увеличением ОЦК, ацидозом и гиперкалиемией, что является причи­ной тахиаритмий или, чаще, брадиаритмий. Поми­мо применения NaHCOa и CaCl2, часто возникает необходимость в инотропной поддержке. Часто развивается гиперфибринолиз, обусловленный значительным накоплением тканевого активатора плазминогена (ТАП) и снижением содержания ин­гибитора активатора плазминогена (ИАП) на анге-патическом этапе. Фибринолиз можно выявить с помощью тромбоэластографии. В этих случаях показаны ингибиторы фибринолиза — эпси-лон-аминокапроновая или транексамовая кислота (если их уже не вводили профилактически).

Какие осложнения возникают в послеоперационном периоде?

В послеоперационном периоде часто развива­ются многочисленные тяжелые осложнения. Ос­ложнения включают неостанавливающееся крово­течение, гиперволемию, метаболические наруше­ния (особенно метаболический алкалоз и гипокалиемия), дыхательную недостаточность, плевральный выпот, паралич правой половины диафрагмы (в результате повреждения правого диафрагмального нерва), почечную недостаточ­ность, системные инфекции, а также хирургические осложнения — например, несостоятельность или стриктура анастомоза общего желчного протока, тромбоз сосудов печени или воротной вены. По­следние два осложнения можно заподозрить при ультразвуковом допплеровском исследовании и подтвердить ангиографией. Неврологические ос­ложнения включают судороги, внутричерепное кровоизлияние, энцефалопатию и нейротоксиче-ское действие циклоспорина. Дисфункция почек обусловлена многими факторами, в том числе пе­риодами артериальной гипотонии, нарушением по­чечного кровотока при пережатии нижней полой вены (вследствие высокого давления в почечных венах), токсической нефропатией в результате при­менения циклоспорина или антибиотиков. Измере­ние концентрации циклоспорина в крови помогает предупредить интоксикацию.

Профилактическое назначение антибактери­альных и противогрибковых препаратов обуслов­лено высоким риском инфекционных осложнений. Эффективно также профилактическое применение ганцикловира у больных, получающих анти-ОКТЗ. К опасным для жизни инфекционным осложнени­ям относят абдоминальные инфекции, пневмонии, раневые инфекции, инфекции мочевых путей и ас­социированные с катетером инфекции. Пневмонии могут быть вызваны грамотрицательными бакте­риями, а также вирусами (цитомегаловирус), гри­бами <Candida и Aspergillus) и паразитами (Рпеито-cystis). Послеоперационные вирусные гепатиты мо­гут быть обусловлены цитомегаловирусом, вирусами герпеса, вирусом Эпштейна-Барр, адено-вирусом (у детей), а также вирусами гепатита В и С; гепатиты могут развиваться de novo или вследствие реактивации вируса.

Отторжение трансплантата обычно развивается не ранее чем через 1-6 нед после операции. Кон­троль за функцией трансплантата осуществляют, измеряя в динамике ПВ (или MHO), уровень били-рубина плазмы, активность аминотрансфераз, кон­центрацию лактата в плазме. Для верификации ди­агноза необходима биопсия печени.

Brown BR: Anesthesia in Hepatic and Biliary Tract Di­sease. Davis, 1988.

Fabian JA: Anesthesia for Organ Transplantation. Lip-pincott, 1992.

Firestone LL: Anesthesia for Organ Transplantation. Little Brown, 1991.

Hawker F: The Liver. Saunders, 1993.

Isselbacher KJ et al (editors): Harrison’s Principles of Internal Medicine, 13th ed. McGraw-Hill, 1994.

Katz J, Benumof JL, Kadis LB: Anesthesia and Uncom­mon Diseases, 3rd ed. Saunders, 1990.

Stoelting RK, Dierdorf SF: Anesthesia and Co-existing Disease, 3rd ed. Churchill Livingstone, 1993.

источник